20.04.2008

Эллингтон

ЭДВАРД КЕННЕДИ «ДЮК» (Ellington, Duke) (1899–1974), афроамериканский джазовый музыкант, композитор, пианист. Родился в Вашингтоне (округ Колумбия) 29 апреля 1899. В отличие от большинства джазменов первого поколения, получил прозвище Duke («Герцог») подростком за подчеркнутое внимание к своей одежде. Уже тогда проявились его способности к живописи: он даже получил грант, который давал возможность продолжить учебу в колледже по специальности (выражаясь современным языком) промышленного дизайна. С детства занимался игрой на фортепиано, в возрасте 15 лет сочинил свой первый рэгтайм и, в конце концов, предпочел карьеру музыканта. В середине 1920-х годов вместе с небольшим ансамблем «Вашингтонцы» Эллингтон перебрался в Нью-Йорк. Особое влияние на юного лидера «Вашингтонцев» оказали пианист рэгтайма Вилли «Лев» Смит и новоорлеанский кларнетист-саксофонист Сидней Беше, а также трубач Джеймс «Баббер» Майли, который играл в манере Кинга Оливера (учителя Армстронга), используя разнообразные сурдины, которые превращали звонкий звук трубы то в человеческий голос, то в крики животных (их так и называли «уа-уа» и «граул», т.е. «рычание»). Вскоре Майли стал членом эллингтоновского оркестра. Эллингтон демонстрировал и деловую хватку: он добился пятилетнего контракта в шикарном Коттон-клубе, прославившемся своей гангстерской публикой эпохи сухого закона; там собирались и многочисленные туристы, любители гарлемской, т.е. африканской, как им казалось, экзотики. Неслучайно эффекты «уа-уа» (позже их легко стали получать на электрогитаре при помощи специальной педали) в Коттон-клубе прозвали «стилем джунглей». Воображение художника подсказывало Эллингтону яркие звуковые краски – простые и вместе с тем настолько нетривиальные, что коллеги-аранжировщики приходили подсмотреть, кто и что именно играет в оркестре Эллингтона, и все равно до конца не могли разгадать всех его секретов.

Влияние серьезной музыки на молодого Элллингтона и вообще широта его художественного кругозора сильно преувеличены. Он сам позднее признавался, что впервые пошел в магазин и купил пластинки британского композитора-импрессиониста Фредерика Дилиуса только после того, как прочел в какой-то рецензии, что находится под его влиянием.

Несмотря на то, что каждодневная работа в Коттон-клубе не очень располагала к творчеству, во второй половине 1920-х годов Эллингтон сочинил и записал на пластинки вещи, которые переиздаются на пластинках до сих пор и входят в репертуар и традиционалистов и авангардистов (the Mooche, Black & Tan Fantasy, East St Louis Toodle-Oo). В начале 1930-х годов Эллингтон переждал экономический кризис в США, гастролируя по Европе, и так же легко вписался в новую эпоху – свинговых биг-бэндов. Более того, считается, что радиостанция Би-Би-Си, желая заменить «старомодное» слово «джаз» каким-то другим, воспользовалась словами из песни Эллингтона It Don’t Mean a Thing, if It Ain’t Got That Swing (в переводе: без свинга [т.е. «раскачки»] эта музыка ничего не стоит). Хотя негритянский оркестр Эллингтона и не пользовался таким же спросом, как биг-бэнды братьев Дорси, Гленна Миллера или Бенни Гудмена, все же его знали как автора ярких инструментальных композиций (написанных в основном в соавторстве с членами его оркестра – как знаменитый Караван – с тромбонистом Хуаном Тизолом: Rockin’ In Rhythm и др.) и нескольких популярных песен (Mood Indigo, Solitude, In a Sentimental Mood и уже после Второй мировой войны – Satin Doll). Эллингтон сумел собрать оркестровый коллектив и сочинять для своих музыкантов так, как они могли бы сымпровизировать. В его партитурах вместо названий инструментов стоят имена музыкантов. В первую очередь, это саксофонист Джонни Ходжес, обладатель неподражаемо чувственного звучания, и трубач Кути Уильямс, одинаково легко владевший и стилем джунглей, и открытым мощным звуком Луиса Армстронга.

В 1930-е годы Эллингтон начал осознавать себя композитором. Он постоянно стремился преодолеть навязанное джазу ограничение продолжительности звучания музыки (3 или максимум 5 минут; столько помещалось на одну сторону старой шеллаковой пластинки на 78 об/мин), а в 1942 даже сочинил многочастную сюиту Черные, коричневые и беж (Black, Brown & Beige; часть сбора от премьеры пошла в пользу «сражающейся Красной Армии»). Впоследствии Эллингтон сочинил (не всех равно удачных) несколько десятков таких сюит.

Эллингтон одним из первых доказал, что в джазе можно играть и громко и тихо и переходить от одного нюанса к другому, у него впервые контрабас стал не ритмическим, а мелодическим голосом. Знаменитые дуэты с контрабасистом Джимми Блэнтоном были записаны на пластинки в начале 1940-х годов, но сами идеи получили развитие лишь в творчестве пианиста Билла Эванса и контрабасиста Скотта Ла Фаро в конце 1950-х годов.

Еще в конце 1930-х годов школьник по имени Билли Стрейхорн послал Эллингтону свое музыкальное сочинение, и Эллингтон тут же испросил у родителей юного Билли разрешения сделать его своим ассистентом. Стрейхорн так и прожил всю свою жизнь в этом качестве, полностью отождествившись со своим маэстро: отличить, кому принадлежит та или иная часть какой-нибудь многочастной сюиты, не способны даже знатоки. Известно, однако, что той самой первой вещью, которую Стрейхорн послал Эллингтону, была знаменитая Take the «A» Train, ставшая сначала позывными оркестра, а потом и популярной джазовой песней.

Как и другие биг-бэнды, в конце 1940-х годов оркестр Эллингтона переживал не лучшие времена. Еще раньше ушел к Бенни Гудмэну ушел Кути Уильямс, затем Джонни Ходжес решил попытать счастья как руководитель оркестра (правда, через пять лет вернулся к Эллингтону). Но в 1956 на знаменитом джаз-фестивале в Ньюпорте состоялось триумфальное выступление оркестра Эллингтона, означавшее, что трудные времена для коллектива остались в прошлом.

В тот период Эллингтон сочинил также знаменитую «шекспировскую сюиту» Such Sweet Thunder, записал пластинки с Эллой Фицджералд и Фрэнком Синатрой. С фирмой последнего «Reprise» Эллингтон был связан контрактными обязательствами на протяжении практически всех 1960-х годов; именно в этот период вышел альбом Symphonic Ellington, записанный на гастролях в Европе, в том числе с оркестром миланского театра «Ла Скала». Эллингтон много гастролировал, в 1971 выступал в СССР (кроме объявленных трех концертов в Московском театре эстрады, уже в ходе турне были дополнительно запланированы два дневных концерта – в рабочие дни! – во Дворце спорта перед 20 тысячами зрителей). Хотя и сам Эллингтон и его оркестр вновь были не в лучшей форме (всеми делами заправлял фактически сын композитора, трубач Мерсер Эллингтон, кстати, автор блюза Things Ain’t What They Used to Be, естественно приписываемого самому маэстро), в своих сочинениях был на высоте. На гастролях в Советском Союзе, в частности, впервые показывались фрагменты только что сочиненной сюиты Afro-Eurasian Eclipse, отноящейся вместе с Дальневосточной сюитой (Far East Suite, 1966) к лучшим достижениям Эллингтона-композитора.

Умер Эллингтон в Нью-Йорке 24 мая 1974.

Энциклопедия «Кругосвет»

Опубликовано в 1:13

Комментировать

Вы должны войти, чтобы комментировать.